Илья обратил внимание на его довольно необычное лицо. Губы вытянутые и большие, рот очень широкий, нос прямой, словно его рубанули топором. И живые, необычайно подвижные глаза.

– Александр Михайлович, у вас здесь очень любопытно, – Илья окинул взглядом кабинет, где не было ни одного окна. Трудно было сказать какой это этаж, но то, что они глубоко под землей не вызывало никаких сомнений.

– О!!! Это только первое впечатление. Вы не знакомы с нашими проектами, вот они действительно представляют большой интерес, – гордо произнес директор, энергично размахивая руками.

– У вас большой коллектив? – Илья заметил, что в свете необычных плафонов цвет лица здорово меняется.

– Представьте себе да. Конечно, я бы мог обойтись и меньшим числом сотрудников. Но это неправильно. Нам нужны живые люди, их нестандартное мышление. Что толку от автоматов, пусть даже самых производительных. Я готов платить лентяю большую зарплату, даже если он за весь месяц палец о палец не ударит, но выдаст хоть одну стоящую идею.

– Признаюсь, мне у вас понравилось. Очень здорово, это правда, здесь все продумано до мелочей, – кабинет директора больше напоминал съемочный павильон – повсюду макеты, на стенах интересные проекты в тонких золоченных рамочках под стеклом, объемные с яркой подсветкой.

В кабинете было много книг, обычных бумажных. Было непривычно их видеть – они давно уступили место электронным планшетам с бездоннной памятью и удобным доступом, при желании можно любую книгу просто послушать или посмотреть как фильм – компьютеры уже научились синтезировать выразительные аудио и видеофайлы прямо из текста.

– Я предлагаю вам поработать в нашем Институте. Знаю, вы как настоящий ученый цените прежде всего результат. Так?

– Вы правильно меня понимаете, – согласился Илья, улыбнувшись и откинулся на спинку стула.

– Я это прекрасно понимаю, у вас будут все условия для полноценной работы, полная свобода – никаких ограничений. Только одна небольшая просьба, – понизил голос директор.